"Переработка пластика – это миф”: что на самом деле происходит с вашим мусором?

Источник: https://www.theguardian.com/environment/2019/aug/17/plastic-recycling-myth-what-really-happens-your-rubbish 

Переводчик: Елена Шарыгина

Редактор: Ольга Загорова

"Переработка пластика – это миф”: что на самом деле происходит с вашим мусором?

Вы сортируете свой мусор, выносите его на улицу и раскладываете по контейнерам – а что потом? От муниципалитетов, сжигающих отходы тоннами, до свалок в Азии, переполненных британским мусором, – репортаж Оливера Франклин-Уоллиса о глобальном мусорном кризисе

Раздается гудок, блокировка установки отключается, и сортировочная линия на заводе Green Recycling в городе Молдон, графство Эссекс, возвращается к жизни. По конвейеру плывет бескрайняя река мусора: картонные коробки, расколотая плинтусная доска, пластиковые бутылки, пакеты из-под чипсов, футляры от DVD дисков, картриджи для принтеров, бесчисленные газеты, включая эту. Бросаются в глаза странные предметы, когда-то бывшие частью чужих историй. Одинокая выброшенная перчатка. Побитый контейнер Tupperware с не съеденной кем-то едой внутри. Фотография улыбающегося ребенка, сидящего на плечах у отца. Однако миг спустя они исчезают. Линия Green Recycling обрабатывает до 12 тонн отходов в час.

Мы вырабатываем от 200 до 300 тонн в день", говорит директор Green Recycling Джейми Смит (40 лет), перекрикивая шум. Мы стоим тремя этажами выше на рабочих мостках и смотрим, как внизу экскаватор загребает ковшом мусор, засыпает его в воронку, и тот равномерно распределяется по конвейерной ленте. Вдоль ленты стоят рабочие и вручную выбирают годные для переработки материалы (бутылки, картон, алюминиевые банки).

"Больше всего нас интересуют бумага, картон, пластиковые бутылки, смесь пластиков и дерево, – говорит Смит. – Количество коробок стремительно растет, благодаря Amazon”. К концу линии поток превращается в струйку. Вторсырье аккуратно разложено по мешкам и готово к погрузке на грузовики. Оттуда оно пойдет... Что ж, тут начинаются сложности.

Вы пьете кока-колу, выбрасываете бутылку в мусорное ведро, выкидываете с остальным мусором в контейнер и забываете о ней. Но она никуда не исчезает. Все, что у вас есть, когда-нибудь перейдет в распоряжение мусорной индустрии – глобального бизнеса с рынком в 250 млрд фунтов стерлингов, намеренного извлечь из вашего мусора все до последнего пенни. И начинается все с сортировочной установки, как эта, которая сортирует вторсырье по фракциям. Оттуда материалы попадают в руки брокеров и трейдеров. Что-то останется в Великобритании, но бóльшая часть – около половины всей макулатуры и две трети пластика – будет загружена в контейнеровозы, которые поплывут в Европу или Азию. Бумага и картон пойдут на переработку; стекло будет отмыто и повторно использовано или разбито и переплавлено, также как металл и пластик. Еда и все остальное либо будет сожжено, либо отправится на свалку.

По крайней мере, так было раньше. Однако в первый день 2018 года Китай, крупнейший в мире покупатель перерабатываемых отходов, по существу закрыл свои двери для импортируемого мусора. В соответствии с новой политикой под названием “Китайский меч” КНР запретила ввоз в страну 24 видов отходов под предлогом того, что поступающее вторсырье слишком загрязнено. Изменение политического курса было частично связано с выходом документального фильма под названием "Пластиковый Китай”, который стал популярным прежде, чем цензоры удалили видеозапись из китайского интернета. Фильм повествует о семье, членам которой приходится перебирать горы западных отходов, чтобы выбрать пластик, измельчить его и расплавить в гранулы, которые затем можно продать производителям. Это отвратительная, грязная работа, к тому же плохо оплачиваемая. Оставшийся мусор зачастую сжигается на открытом воздухе. Семья живет рядом с сортировочной установкой, их 11-летняя дочь играет с Барби, найденной на свалке.

В 2017-2018 гг. муниципалитет лондонского района Вестминстер отправил в печь 82% всех бытовых отходов, включая вторсырье

Для переработчиков, таких как Смит, “Китайский меч” стал настоящим ударом. "Цена на картон снизилась приблизительно вдвое за последние 12 месяцев, – говорит он. – Пластик подешевел настолько, что его переработка не окупается. Если Китай его не примет, мы его продать не сможем”. И все же отходы должны куда-то деваться. Великобритания, как и большинство развитых стран, производит больше отходов, чем может переработать: 230 млн тонн в год – около 1,1 кг в день на человека (США, самая расточительная нация в мире, производят 2 кг в день на человека). Очень быстро бизнес стал накачивать мусором любые страны, которые соглашались его принять: Таиланд, Индонезию, Вьетнам, где из-за так называемой “неправильной системы обращения с отходами” мусор бесконтрольно закапывается или сжигается на открытых полигонах, что затрудняет отслеживание его дальнейшей судьбы.

Сейчас главной “мусоркой” мира стала Малайзия. В октябре прошлого года Гринпис обнаружил там незаконные свалки, заваленные британским и европейским мусором: пакетами от снэков Tesco, упаковками масла Flora и мешками для сбора отходов из трех лондонских муниципалитетов. Как и в Китае, зачастую отходы здесь сжигаются или закапываются, а вредные вещества из них в конце концов попадают в реки и океаны. В мае этого года правительство Малайзии начало разворачивать приплывающие контейнеровозы, ссылаясь на беспокойство о здоровье населения. Таиланд и Индия ввели запрет на импорт пластика из-за рубежа. Однако мусорный поток не иссякает.


Пластик, подготовленный к инспекции перед отправкой в Малайзию. Великобритания производит больше отходов, чем может переработать, - около 1,1 кг в день на человека. Фотография: AFP/Getty Images

Мы хотим спрятать все, что напоминает о мусоре. Завод Green Recycling скрыт в глубине промышленной зоны и окружен звукопоглощающими щитами. На крыше машина под названием Air Spectrum маскирует едкий запах под аромат хлопковых простыней. Однако эта индустрия находится под пристальным вниманием. В Великобритании в последние годы темпы переработки перестали расти, а “Китайский меч” и сокращение финансирования привели к тому, что все больше отходов сжигается в печах и на заводах по производству энергии из отходов (несмотря на то, что мусоросжигание часто критикуют за вредные выбросы и энергетическую неэффективность, на сегодняшний день его чаще предпочитают захоронению отходов, при котором происходит выделение метана и токсичных веществ). В 2017-2018 гг. муниципалитет района Вестминстер отправил в печь 82% всех бытовых отходов, в том числе вторсырье. Некоторые муниципалитеты обсуждали отказ от переработки вторсырья в целом. И все же в Великобритании уровень переработки сравнительно высок: ей подвергается 45,7% всех бытовых отходов (хотя при этом не уточняется, где именно происходит переработка). В США этот показатель составляет 25,8%.

Одна из крупнейших британских компаний по переработке отходов попыталась вывезти за границу использованные подгузники под видом макулатуры

С пластиком дело обстоит еще хуже. Из 8,3 млрд тонн производимого в мире первичного пластика лишь 9% подвергается переработке, как сообщается в статье “Производство, использование и судьба произведенного за всю историю пластика” (“Production, Use And Fate Of All Plastics Ever Made”), вышедшей в 2017 году в журнале “Science Advances” (научном журнале Американской ассоциации содействия развитию науки). “Думаю, по самым оптимистичным оценкам в мире сейчас перерабатывается около 20% производимого за год пластика”, – говорит Роланд Гейер, ведущий автор журнала “Science Advances”, профессор промышленной экологии в Калифорнийском университете. Ученые и НПО (неправительственные организации) подвергают эти цифры сомнению ввиду невозможности отследить судьбу экспортируемых отходов. В июне одна из крупнейших в Великобритании компаний по переработке отходов, Biffa, была признана виновной в попытке вывоза за границу использованных подгузников, гигиенических полотенец и одежды под видом макулатуры. “Думаю, для повышения показателей переработки используется креативный подход к бухгалтерской отчетности", – говорит Гейер.

Полная переработка пластика – это миф”, – говорит Джим Пакетт, исполнительный директор сиэтлского отделения организации Basel Action Network, которая борется с незаконной торговлей отходами. “В теории это звучало отлично: “Пластик будет перерабатываться в Китае!” Мне жаль вас огорчать, но в большинстве случаев этот пластик закапывается или сжигается на открытых свалках”.

***

Человечество старалось перерабатывать материалы так же давно, как экономить. Японцы в XI веке перерабатывали бумагу; средневековые кузнецы делали доспехи из металлолома. Во время Второй мировой войны металлолом превращался в танки, а женские колготки – в парашюты. "Проблемы начались, когда в конце 70-х годов мы попытались перерабатывать бытовые отходы”, – говорит Гейер. Они было загрязнены всем, чем можно: неперерабатываемыми материалами, пищевыми отходами, маслами и жидкостями, которые гнили и портили материал.

В то же время упаковочная промышленность наводнила наши дома дешевым пластиком: стаканчиками, пленками, бутылками, вакуумными упаковками. Именно переработка пластика связана с наибольшими сложностями. Скажем, переработка алюминия – дело простое, выгодное и экологически безопасное: изготовление банки из переработанного алюминия снижает его углеродный след на 95%. Но с пластиком не все так просто. Хотя фактически все виды пластика могут быть переработаны, многие не перерабатываются из-за дороговизны процесса, сложности и низкого качества получаемого продукта по сравнению с исходным сырьем. Сокращение выбросов углерода также менее очевидно. "Пластик нужно привезти, отмыть, измельчить, переплавить, так что его сбор и переработка оказывают собственное воздействие на окружающую среду”, – говорит Гейер.

Сортировочная лента на заводе по переработке отходов в городе Милтон-Кинс. В Великобритании существует 28 маркировок для перерабатываемых материалов. Фотография: Alamy

Переработка бытовых отходов требует тщательной сортировки. Именно поэтому в большинстве развитых стран используются цветные контейнеры: чтобы сохранить конечный продукт как можно более чистым. В Великобритании существует 28 различных видов маркировки для упаковки перерабатываемых товаров (по данным государственной организации Recycle Now). Значок в виде трех стрелок, собранных в ленту Мебиуса, обозначает, что продукт может быть подвергнут переработке; иногда в центре указано число от одного до семи, указывающее на тип пластика, из которого изготовлен объект. “Зеленая точка” (две стрелки, образующие круг) говорит о том, что производитель участвует в европейской схеме переработки. Есть этикетки "Widely Recycled" (“Повсеместно перерабатываемый” – принимаемый на переработку в 75% местных муниципалитетов) и “Check Local Recycling” (“Ознакомьтесь с местными правилами переработки” – принимаемый в 20-75% муниципалитетах).

После “Китайского меча” значение сортировки возросло еще больше, поскольку зарубежные рынки требуют более качественного вторсырья. “Они не хотят становиться мировой свалкой, что совершенно справедливо", – говорит Смит, идя вдоль линии на заводе Green Recycling. Невдалеке четыре женщины в комбинезонах и касках вытаскивают большие куски картона и пластиковую пленку, застрявшую в воронке. В воздухе стоит низкий гул, на полу виден толстый слой пыли. Green Recycling – коммерческое предприятие, оно собирает отходы из школ, колледжей и местных организаций. Это означает меньший объем, но бóльшую прибыльность, поскольку компания может взимать плату с клиентов напрямую и контролировать собираемое вторсырье. “Цель бизнеса в том, чтобы превратить солому в золото, – говорит Смит, делая отсылку к сказке о Румпельштильцхене. – Но это трудно, и становится все труднее”.

В конце линии находится машина, которая, как надеется Смит, все изменит. В прошлом году Green Recycling стал первым заводом в Великобритании, который инвестировал в Max, американскую сортировочную машину с искусственным интеллектом. Над конвейерным полотном взад и вперед снует металлическая рука с надписью FlexPickerTM, без устали выбирая пригодные для переработки материалы. “Сначала Max ищет пластиковые бутылки, – говорит Смит. – Он собирает 60 бутылок в минуту, тогда как люди – 20-40, в лучшем случае”. Система через камеру идентифицирует проезжающие мимо отходы, детальная информация отображается на экране оператора. Эта машина нужна не для того, чтобы заменить людей, а чтобы улучшить их работу. “Max собирает вторсырье, пропущенное нашими работниками – это дополнительно три тонны в день", – говорит Смит. На самом деле благодаря роботу появились новые рабочие места: его обслуживанием занимается Даниэлла, которую другие работники называют “мамой Макса”. Преимущества автоматизации, по словам Смита, двойные: больше материала для продажи и меньше отходов, которые приходится отправлять на утилизацию. Прибыльность невысокая, а захоронить тонну мусора на полигоне стоит 91 фунт.

***

Смит не одинок в своей вере в технологии. Поскольку потребители и правительство озабочены “пластиковым” кризисом, индустрия отходов пытается найти решение. Большие надежды возлагаются на химическую переработку – превращение проблемного пластика в нефть или газ. “Возможна обработка таких видов пластика, для которых механическая переработка не подходит: паучи, саше, черный пластик”, – говорит Адриан Гриффитс, основатель организации Recycling Technologies, базирующейся в городе Суиндон. Идея пришла к Гриффитсу, бывшему консультанту по вопросам управления, случайно, из-за ошибки в пресс-релизе Уорикского университета. “Они заявили, что могут превратить любой полимерный пластик обратно в мономер. В то время они этого не могли». Заинтересовавшись, Гриффитс связался с университетом, а затем начал сотрудничать с учеными и основал компанию, которая смогла выполнить эту задачу.

Повторное использование открывает бесконечные возможности для дизайна

На пилотном заводе Recycling Technologies в Суиндоне пластик (по словам Гриффитса, они перерабатывают все типы) попадает в огромную стальную крекинг-печь, где при чрезвычайно высоких температурах он распадается на газ и масло – плакс (plaxx) – которое можно использовать в качестве топлива или сырья для производства нового пластика. Хотя общественность отвернулась от пластика, Гриффитс является его редким защитником. "Пластиковая упаковка на самом деле оказала миру огромную услугу, сократив потребность в стекле, металле и бумаге для производства, – говорит он. – Что меня волнует больше проблемы пластика, так это глобальное потепление. Такие материалы как стекло и металл оставляют гораздо больший углеродный след”. Недавно компания запустила пробный проект с Tesco и уже работает на втором объекте в Шотландии. В конце концов Гриффитс надеется продавать машины перерабатывающим предприятиям по всему миру. ”Мы должны прекратить вывозить отходы за границу, – говорит он. – Ни одно цивилизованное общество не должно избавляться от своих отходов за счет благополучия развивающихся стран”.

Для оптимизма есть основания: в декабре 2018 года правительство Великобритании опубликовало новую комплексную стратегию по обращению с отходами, частично в ответ на политику “Китайского меча”. Среди представленных предложений: налог на пластиковую упаковку с содержанием менее 30% переработанного материала; упрощенная система маркировки; введение ответственности производителей за выпускаемую ими пластиковую упаковку. Таким образом правительство надеется создать стимулы для развития инфраструктуры по переработке материалов внутри страны.

Между тем отрасль вынуждена адаптироваться к новым условиям: в мае этого года 186 стран приняли меры по отслеживанию и контролю за экспортом пластиковых отходов в развивающиеся страны, а более 350 компаний приняли на себя обязательство исключить использование одноразового пластика к 2025 году.

Однако мировой объем отходов уже таков, что этих усилий может оказаться недостаточно. На Западе темпы переработки замедляются, а в развивающихся странах использование упаковки быстро растет при низком уровне переработки. Если "Китайский меч" нам что-то и показал, так это то, что переработка отходов необходима, но уже недостаточна для решения сложившегося мусорного кризиса.

***

Тем не менее, кажется, выход есть. С тех пор, как в 2017 году фильм BBC “Blue Planet II” привлек наше внимание к “пластиковому кризису”, в Великобритании начала возрождаться забытая модель продаж. Многим из нас молоко доставляют в бутылках, которые затем собираются и повторно используются. Стали появляться схожие модели: магазины “без упаковки”, где нужно приносить собственные контейнеры и тару; бум на термокружки для кофе и многоразовые бутылки. Как будто мы осознали, что старый экологический лозунг "Reduce, re-use, recycle” - не просто слова, а задачи в порядке приоритетности.

Том Шаки (Tom Szaky) мечтает применить “молочную” модель ко всем товарам. Бородатый венгро-канадец – ветеран индустрии отходов: свой первый стартап по переработке отходов он запустил, будучи студентом Принстона, когда стал продавать червей для компостирования в использованных бутылках. Основанная им компания, TerraCycle, теперь является гигантом по переработке отходов, имеющим филиалы в 21 стране. В 2017 году TerraCycle работала с брендом Head&Shoulders над бутылкой для шампуня, изготовленной из собранного в океане пластика. Продукт был запущен на Всемирном экономическом форуме в Давосе и сразу же стал хитом. Компании Procter&Gamble, выпускающей Head&Shoulders, не терпелось узнать, что будет дальше, и Шаки предложил нечто гораздо более амбициозное.

Им стала схема Loop, испытания которой начались этой весной во Франции и США, а зимой состоится запуск в Великобритании. Она предлагает различные бытовые товары – от таких производителей, как P&G, Unilever, Nestlé и Coca-Cola – в многоразовой упаковке. Товары доступны в интернете или у эксклюзивных продавцов. Клиенты платят небольшой депозит и могут отдать использованную упаковку курьеру или вернуть в магазин (Walgreens в США, Tesco в Великобритании). Упаковка отмывается и отправляется производителю для повторного использования. "Loop не производит товары – Loop помогает управлять отходами, – говорит Шаки. – Мы просто решаем проблему мусора прежде, чем он появится”.

Многие дизайны упаковок Loop нам уже знакомы: повторно используемые стеклянные бутылки Coca-Cola и Tropicana; алюминиевые бутылки Pantene. Но многое переосмысливается полностью. "Повторное использование упаковки открывает бесконечные возможности для дизайна”, – говорит Шаки. Примеры: Unilever работает над зубной пастой в таблетках, которые превращаются в пасту под проточной водой; мороженое Häagen-Dazs упаковывается в стальные ведерки, надолго сохраняющие низкую температуру, что очень удобно для пикников. Даже доставляются товары в специальных мешочках, чтобы сократить использование картона.

На заводе Recycling Technologies в Суиндоне практически любой пластик можно превратить в плакс масло, которое можно использовать для производства нового пластика. Фотография: Recycling Technologies Ltd

Тина Хилл, копирайтер из Парижа, оформила подписку на Loop вскоре после его запуска во Франции. “Это очень просто, – говорит она. – Вносишь небольшой депозит, 3 евро [за упаковку]. Мне нравится, что у них есть то, чем я уже пользуюсь: оливковое масло, таблетки для посудомоечных машин”. Хилл описывает себя как “умеренно зеленую”: “Мы сдаем в переработку все, что можно переработать, покупаем органические товары”. Объединив Loop с покупками в местных магазинах, придерживающихся идеи “zero waste”, Хилл помогла своей семье радикально снизить зависимость от одноразовой упаковки. "Единственный недостаток в том, что цены немного выше. Мы не против потратить чуть больше, чтобы поддержать то, во что верим, но цены на некоторые товары, например, макароны, непомерно высокие”.

Основное преимущество бизнес-модели Loop, по словам Шаки, в том, что производители упаковки ставят на первое место ее долговечность. В будущем Шаки рассчитывает, что Loop сможет отправлять пользователям по электронной почте предупреждения об истечении сроков годности и рекомендации по сокращению отходов. Смысл “молочной модели” не только в бутылке – она заставляет нас задуматься о том, чтó мы потребляем и чтó выбрасываем. "От мусора всегда хочется избавиться – как говорится, с глаз долой из сердца вон. Он грязный, он мерзкий, он воняет”, – говорит Шаки.

Это необходимо изменить. Заманчиво считать, что раз пластик можно свозить на свалки в Малайзии, то его переработка – пустая трата времени, но это не так. Великобритания успешно справляется с переработкой отходов, и альтернативы – сжигание или захоронение отходов – намного хуже. Вместо того, чтобы отказываться от переработки, считает Шаки, мы должны покупать меньше, повторно использовать то, что можем, и относиться к нашим отходам так, как индустрия переработки: как к ресурсам. Это не конец истории, а начало чего-то нового.

”Мы называем это не мусором, а материалами", – говорит Смит во время экскурсии по заводу Green Recycling в Молдоне. Во дворе в грузовик загружают 35 мешков картона. Отсюда он отправится на фабрику в Кенте для варки целлюлозы. Через две недели он превратится в новые картонные коробки, а вскоре после этого – снова в чей-то мусор.